Новости шоу-бизнеса

Лина Милович - Я никому не предлагаю свою музыку

Автор: Кушнир Продакшн (-)

Дата публикации: 04/10/2003 | Категория: Новости шоу-бизнеса |

Лина Милович - женщина-хамелеон. Ее органическое свойство - во всем находиться на грани между двумя противоположными частями одного и того же. И когда она с детской непосредственностью признается вам, что может быть очень плохой и очень хорошей одновременно, вы верите. Вы внезапно замечаете, что простое в своей элегантности кольцо на ее тонком пальце являет собой неожиданный альянс белого золота с черной акацией. Что горячий шоколад она закусывает тонко нарезанными солеными огурцами. Лина любит соединять то, что в принципе соединимо быть не может, и, непринужденно следуя своему оригинальному вкусу, с удивительной точностью находит то золотое сечение, в котором ощущение от микса горячего и холодного не вызывает негативной реакции. Миллиметр вправо или влево от этого положения грозит тем, что экспериментаторство обернется глупостью. А глупости Милович не терпит. Задолго до того, как она встретила своих будущих аранжировщиков, Лина осознала, что ее «красивая музыка» - это музыка полутонов и противоположностей. Только они, считает Милович, "способны затронуть все стороны человеческого эго: сексуальность, подсознание, сентиментальность, агрессивность, жалость..."

ЛЮБОВЬ С ПОДОГРЕВОМ

CD-R'ы с лаконичной надписью «Lina Milovich» попали в руки определенного сорта москвичей весной 2003 года. В ушах любопытствующих зазвучала музыка - чувственный голос с декадентскими интонациями на фоне стильных электронных аранжировок. Удивительная, полная нездешнего шарма вокальная манера одним напомнила первый альбом «Колибри», другим - Гёш Патти, запевшую по-русски, а у третьих вызвала ассоциации с инфернальными транс-вокализами новомодной Goldfrapp. Иные даже договорились до того, что это поет женщина, которая уже испытала все в традиционном сексе, но еще не дошла до секс-шопа, чтобы купить себе ошейник, наручники и плетку. Эти радикалы подпитывали свои домыслы дразнящим воображение текстом песни с игриво-невинным названием "Педикюр".

Ты любил на дубовом полу с подогревом, Ты просил не дышать, умолял не кричать. Потихонечку, полегонечку Засыпаю я, вижу сон…

Однако надпись на пластинке не проясняла ничего. Глядя на нерусскую фамилию, романтичные московские мифотворцы распускали слухи о том, что Milovich - югославская киноактриса с русскими корнями, которая последовала за мужем в Москву после НАТОвских бомбардировок в Косово. И только в одном они были едины: все хотели как можно быстрее увидеть таинственную певицу воочию.

НЕОМАНЬЕРИЗМ ИЛИ ТРИП-ПОП?

Я не хочу покорить весь мир, я не хочу, чтобы все сошли с ума. Я просто хочу петь то, что хочу. Л.М.

В определенных кругах Лину Милович знают как женщину, способную управиться со сложнейшими машинами и механизмами. Известно, что в юности Лина проходила практику на заводе ЗИЛ и преподавала технические дисциплины в одном из московских ПТУ. Глядя на эту экстравагантную женщину, нелегко понять, что же подвигло ее на такие смелые эксперименты над собой. Через некоторое время становится понятно: какие бы то ни было рамки, запретные зоны, для нее в этой жизни попросту отсутствуют. «Могу позволить себе всё, что угодно. На свой первый концерт я надену джинсы и майку. Не с Че Геварой, а с Kangol'ом. Знаешь, это такой, прыгающий парень», - говорит Лина, немного растягивая гласные и откидывает со лба тонкую высветленную прядь. Лина Милович приветствует изящество, элегантность и профессиональный подход в любой области. Ей не нужно объяснять, что хорошо, а что плохо - это она знает не хуже вас. При первом же прослушивании ее песен обращают на себя внимание харизматический инфернальный вокал и рафинированность аранжировок, которые делают для Милович музыканты из группы DEADУШКИ. Вынести четкое определение ее музыке - все равно, что уловить ускользающее настроение самой Лины. В ней неуловимо присутствуют и безупречно прохладный неоманьеризм и осознанная камерность, а творческая и личностная зрелость певицы заставляют говорить о ее музыке как о взрослой эстраде. Лучше всего характеризует этот сложный коктейль новый термин «трип-поп». Однако сама певица удивляет нас еще одним парадоксом, отрицая наличие в собственных песнях одной из важнейших составляющих этого стиля: "У меня нет никакой сексуальной энергетики. Кому-то больно, кому-то не больно. Мне плевать на это абсолютно…" Настоящая музыка для Милович началась во второй половине 90-х, когда один из ее друзей привез из дикой Азии запись известной только коллекционерам японской певицы Кей Ко Ли. Она исполняла на английском под фортепиано композиции, которые можно было отнести даже не к джазовым стандартам, а к эдакому сублимированному «поп-джаз-классик». Лину восхитил необычайно низкий тембр певицы. А поскольку привычку сомневаться в правильности своих действий Милович всегда почитала за слабость, она выбрала песню, где Кей Ко Ли пела самым низким голосом, и записала ее в собственном исполнении в институте Гнесиных. Спустя некоторое время был готов целый альбом актуальных и свежих для московской сцены того времени композиций. Однако проснувшись как-то утром в приснопамятном августе 1998, Милович поняла, что в минусе на очень большую сумму и музыкой больше заниматься не может. Девушка надолго посвятила себя мужским играм, а единственный экземпляр записи вскоре был принципиально уничтожен. "Дело не в том, что я хотела сделать какой-то гоголевский жест, - говорит Лина. - Просто оценив этот альбом через некоторое время, я поняла, что Кей Ко Ли - слишком проста для меня. Планка резко взлетела вверх, а диск показался пустышкой".

ПЕДИКЮР

«Мой природный сарказм попросту не позволяет мне сесть за стол и написать поэтическое произведение. Я думаю, что сойду с ума в тот день, когда напишу стих, это будет последний день в моей сознательной жизни. Это будет означать, что сознание отлетело от меня. Пошёл стих...»

Несколько лет назад, находясь в одной компании с Артуром Пилявиным, Милович попросила его написать для нее песню. Через несколько дней он принес хит, но, при всём прекрасном отношении к Пилявину как к композитору, петь эту песню Лина органически не смогла - исключительно потому, что там встречалось словосочетание «у ольхи». Наткнувшись на него, певица заявила: «Около ольхи со мной ничего не может случиться - по оп-ре-де-ле-ни-ю!» Следующая попытка найти автора состоялась тоже абсолютно случайно. В Центральном Доме Литераторов перед девушкой предстал импозантный композитор с богатым жизненным опытом и стал предлагать свои песни. Лина решила рискнуть - и на одной из репетиций исполнила самую красивую его вещь: «Белый кораблик». Милович показалось, что эта композиция очень фактурная - психоделическая и декадентская. Но маэстро прервал певицу на середине песни: «Похоже, ты не до конца понимаешь задумку: ведь здесь самое главное - невинность!» «Гармонически в этой песне все было выверено и совершенно, - рассказывает Лина. - Наличествовала даже пикантная доля грязной музыки, эдакого плавания по полутонам. Но петь ее я все же не смогла. Меня именно эта «невинность» доконала, которая всё время рожу свою оттуда высовывала!» Однако именно в ту минуту, когда автор и Лина бились над «Белым корабликом», произошел судьбоносный момент: в студию пришла молодая женщина по имени Татьяна. Почтенный мэтр предварил ее появление словами: «Сейчас придёт, знаете ли, гениальный человек». Причем это «знаете ли» прозвучало так, что Милович сразу решила: пора домой. Но тут тихонько приоткрылась дверь - вошла женщина, поздоровалась, села за рояль и начала петь. Вторая песня, которую исполнила Татьяна, называлась «Педикюр».

Обливанье водой ледяной, Голодание - сексу отбой, отбой… Протирание лица, гель на волосах, Косметичка, маникюр - самолюбование

Когда она закончила, первоначально воцарившуюся тишину расколол дружный хохот: смеялись одновременно и Милович, и Татьяна. «Эта песня - представление о красивой жизни, - поясняет Лина, - но представление женщины, которая слабо представляет себе красивую жизнь. Она убеждена, что педикюр - это верх того, что существует в красивой жизни. Верх самолюбования, верх удовольствия, верх совершенства. И это "совершенство" ей предлагает приземленный донельзя мужчина. Мужчина, у которого пол с подогревом. Который хочет, чтобы все было тихо, аккуратно, негромко, стерильно, материально…" Удивительно, но вскоре у Милович не осталось сомнений, что задержалась она в студии не зря. Поиск автора, продолжавшийся более четырех лет, увенчался успехом. Впрочем, для истории мировой музыки эта ситуация не исключительна: кто подсчитает, сколько электричек прошел Гребенщиков, чтобы в одной из них найти единственного Виктора Цоя… Татьяна, обладающая незаурядным чувством юмора и умеющая филигранно использовать в своих текстах столь ценимую Линой иронию, стала любимым и практически единственным ее автором «Эта ирония словно скрыта под толстым слоем ковролина, - говорит Милович. - По ней ходишь - и ничего не замечаешь. Надо копать, копать и рыть, пока найдёшь эту иронию. Для меня в любом искусстве ирония - самое интересное…» С того момента, как между Линой и Татьяной установилась плотная астральная связь, они почти не ссорились на творческие темы. Только однажды, слушая припев песни "Укушу", в первоначальной версии которой были слова "ты будешь гореть для меня, я буду гореть для тебя", Милович возразила, в очередной раз показав коготки: "Таня! Я не буду ни для кого гореть! Вот он - будет гореть для меня. А я - отменяется. Короче, я ни для кого гореть не буду". «У Татьяны все песни гениальные, - говорит Лина, - но сложные. Ее творчество граничит с эдакой интригующей болезненностью. Если «Педикюр» - это как бы кандидатская диссертация, то остальное, что Таня исполняла в тот вечер - уже докторская. То есть, понятна она только докторам наук от музыки. И только тем, которые не причёсывались до этого года четыре - специально для того, чтобы послушать Танины песни».

DEADУШКИ

Я беру свое там, где вижу свое. Б. Г.

Когда Лина предлагала свои песни разным аранжировщикам, они спрашивали: «А сколько человек тут поёт-то?». Она отвечала: «Всего один - я». Они говорили: «Как же так, это ведь совершенно разные вещи!» Песни, которые исполняет Милович, действительно очень разные, но все они полностью соответствуют ее представлениям о жизни. «Это как в одежде, - шутит певица, - я могу песню на себя натянуть, как платье. Разумеется, оно будет очень простое, но висеть будет в английском магазине. Хи-хи. Но когда я втиснусь в это простое платье, оно станет просто фантастическое!» Обретя своего постоянного автора, Лина всерьез занялась поиском музыкантов и аранжировщиков. За все время работы над материалом в команде, которую подбирала Милович, сменилось более десятка музыкантов. Причиной кадровых перестановок стали столкновения с жестокой постсоветской действительностью, оскорблявшей тонкий эстетический вкус Лины. Перед певицей представали клавишники и гитаристы, расчесанные на прямой пробор, в свитерах, заправленных в джинсы с ремнем, затянутым под грудью. «Я не могу себе представить, что я пою со сцены свои песни, а за спиной стоит такой «ремень под грудью!» - поясняет Лина. Наконец, после долгих эстетических перипетий, она решила, что ее музыкальное кредо - это сочетание естественного чувственного голоса и насыщенного музыкального фона.

Взрослая, большая, уже почти триста… Беглый взгляд бросая на наив вчерашних мыслей, Встать, не потревожив спящих у огня. Она уже другая. Она уже змея.

Услышав по радио песню «Настасья» Вячеслава Бутусова, Лина осознала, что ей поистине «на роду написано» работать с музыкантами, которые до такой степени видоизменили творчество лидера «Наутилуса» - то есть, с группой DEADУШКИ. «Если я прихожу к людям, которые делают то, что мне a priori нравится, - уверенно заявляет Милович, - значит, они и для меня сделают то, что нужно. И в «дедушках» я не ошиблась. Обычно, когда я давала песню на обработку, аранжировщик исходил из своего представления о ней. А эти люди исходят исключительно из того, как я пою. Канвой аранжировки является мой вокал. Они к нему правильно пристраиваются со своей «субстанцией», и получается очень органичная вещь». Таким образом, Лина начала работать над своими песнями в компании с Алексеем Раховым (гитара, программинг) и Андреем Орловым (барабаны). В то же время в состав был завлечен музыкант «Сплина» Сергей Наветный. На первой репетиции новоиспеченного коллектива Лина для знакомства исполнила песню «Любовь взасос».

Любовь взасос, немного больно. Чуть-чуть подольше, и я довольна. Чуть-чуть нежнее - немею. Чуть-чуть сильнее - уже в тебе я.

«Девушка, да какая же музыка вам нравится?» - поинтересовались полностью дезориентированные музыканты. - «Гориллы!» - заявила певица. «Я очень люблю DEADУШЕК, - признается Лина. - Мне безумно нравится все, что они делают. Потому что это красиво, потому что это своевременно. Я приезжала в Питер на запись, как в родной дом, хотя этих людей прежде вообще не знала. С ними очень приятно работать». Получившийся в результате долгих терзаний материал превзошел все ожидания. В хмуро-индустриальные звуковые ландшафты питерских электронщиков Лина внесла теплые ноты иронии, сексуальности и жизненной гармонии. А DEADУШКИ украсили маньеристские тексты песен Милович экстравагантными звуковыми находками. «Мне кажется нельзя их называть DEADУШКИ, - задумчиво говорит Лина. - Они, конечно, мёртвые, но все-таки «дЕдушки»!»

CODA Лина Милович не рассказывает о прошлом - потому что живет настоящим. "Ретро для меня не существует. Я люблю то, что происходит сейчас. Мне нравится идти в красивую ногу с красивым - плохим или хорошим - настоящим временем". В определенных кругах ее знают как успешную бизнес-woman. Чем она занимается, никому не ведомо, потому что, как известно, деловой человек никогда не обсуждает свой бизнес с посторонними. Сама певица производит впечатление женщины, вовлеченной в мужские игры, но ощущающей себя в них как рыба в воде. Определенно можно сказать только то, что она пришла в музыку из урбанистического мира стекла и бетона, мира дорогих вещей и агрессивных спортивных машин. Она пришла с серьезными намерениями. И на очень высоких каблуках.